Василий Ширяев: «Димон Афинский» или «Как правильно любить людей». (под впечатлением от спектакля)

timon_afinskij

Известный камчатский критик, “камчадал с бензопилой”, как его ласково называют в кругах российской интеллигенции, Вася Ширяев побывал на спектакле “Тимон Афинский”. Специально для Soul Park мэтр камчаткой критики написал небольшую рецензию.

Все смотрели “Аноним”?… Под именем Шекспира пьесы сочинял очень большой человек, который был замешан каким-то боком в попытке свергнуть королеву. Голову ему не отрубили, просто лишили всего, авторских тоже. Он прожил долго и постоянно хотел выговориться на тему, что вот, дескать, я бы Англией лучше управлял. Но открытым текстом он всё это изложить не может — за ним придут. Поэтому он берёт сходный сюжет из древней истории.

Какой расклад был в Древней Греции?.. С востока — персы. Греко-персидские войны кончились тем, что греков банально купили. Греки либо служат, либо работают на персов. Хотя у персов тоже масса проблем. С севера — фиванцы. Афиняне их держат за быдло, но именно фиванцы прикрывают Афины с севера. Фиванцы хорошие бойцы (именно потому, что тупые). И именно потому, что они хорошие бойцы, Фивы будут разрушены, а все фиванцы будут проданы в рабство Сашей Македонским. Но это будет потом. А пока Фивы ждёт краткий подъём — после того как Спарта “сделает” Афины, а Фивы “сделают” Спарту. Ещё дальше на севере — дикие (по афинским меркам) македонцы. Они пока слишком далеко. Но у них огромное преимущество — у них есть деньги (в Македонии золотые рудники). На северо-западе — албанцы. Ну, эти – просто звери, но у них нет денег. Они никому не интересны. Древний Рим пока возится с этрусками и ждёт в гости кельтов. Внутри Рима патриции возятся с плебеями. Древняя Греция пока не входит в область древнеримских геополитических интересов. Сицилия ещё греческая, но там уже есть мафия.

Кто остался? Спарта — которую вы все хорошо знаете по фильму-комиксу «300 спартанцев». Кстати сказать, защищать Фермопилы не было большого смысла, потому что персы уже высадились гораздо южнее. Но это уже далёкое прошлое. Теперь все спартанцы на зарплате у персов. А так как в саму Спарту им запрещено ввозить золото, спартанцы очень любят тусоваться за её пределами. Да, спартанцы хорошие бойцы и научились строить корабли. Афины. Самые греческие греки. Греческий гегемон (или игемон?.. ну неважно). Много денег, много союзников, большой флот, мощная экономика. Единственный минус — они всех достали. В первую очередь — своих союзников, с которых они собирают бабло.

Теперь на уровењ ниже. Где Тимон в этом раскладе?.. А Тимона здесь нет. Он просто курьер, перевозчик денег. Он даже не афинянин — «Афинским» его называют в порядке иронии (ну, так же как Япончик ни разу не был в Японии, а Бродский в городе Броды). Он метэк, понаехавший. Но он не дурак, он просто чуть подтупливает. Он привёз Алкивиаду деньги от персов. Алкивиад будет служить и афинянам, и спартанцам, и персам. Потом греки попросят персов его по-тихому примочить — так он всем надоел. Алкивиада сожгут вместе с домом. Тимон всё это очень хорошо понимает и хочет минимизировать риски. Основную массу бабла он сразу вкладывает в пещеру, а остальное прогуливает в Афинах (ну как Митя Карамазов). План его таков — всех кинуть, но сделать вид, что кинули его самого, тогда по крайней мере в Афинах он будет в безопасности (в Афинах вообще хорошо).

(Небољшое отступление о том, как важно литовать Шеспира. Рядом со мной сидели подростки системы студенты (хотя может они тоже были актёрами?..). В середине пьесы Тимон произносит слово «льстец!» («льстецы» — это тимоновы друзья-паразиты в русском переводе 100-летней давности). Он его произносит громко, с густым придыханием (прям по-древнегречески), делая сильное ударение на «ль», как бы в два слога. Попробуйте сами произнести так слово «льстец». Что вы услышите?.. Правильно. Густое придыхание или плавный боковой «ль» переходящий в взрывной боковой «т» — короче там будет слышаться смычка. А дети часто путают заднеязычные и переднеязычные смычные (типа «папа» – «баба» – «кака»).

Но самое главное, что у детей в сознании нет слова «льстец». У тех, кто учился на юрфаке, есть ещё слово «истец», и это всё. А вот слово, которое начинается с губно-губного глухого взрывного «п», у них в сознании есть.

Именно это слово услышали дети.)

Ещё на уровень ниже.

Тимон становится филантропом, то есть начинает “метать икру”. И по мере того как он всё больше вкладывает в окружающих, он всё более начинает их любить (потому что мы любим людей не за то добро, которое они нам сделали, а за то добро, которое мы им сделали). Тимон сделал слишком много добра своим ближним. А ближним не рекомендуется делать слишком много добра. Потому что когда им сделаешь слишком много добра, они сразу начинают тебя ненавидеть. Диалектика — ничего не поделаешь.

Когда все от Тимона отвернулись, Тимон сел на измену. Плюс Тимон сам немножко актёр и все свои эмоциональные состояния немножко доигрывает, переигрывает и проигрывает. Это гибрид Хлестакова и Мити Карамазова. Тимон в ступоре. Деньги у него есть и их много, но он уже не знает куда их деть. Потому что тусоваться в лучшем городе Древней Греции уже не в кайф, а всюду клин. Из филантропа Тимон становится мизантропом. Может быть, даже у него немножко проснулась совесть, хотя учёные уверяют, что у древних греков совести не было.

И тут пришли по его душу экспроприаторы на машине, и вложили тимоновы дарики (тетрадрахмы) в рост молодой фиванской демократии. Или молодой македонской монархии. Или даже в организацию Олимпийских игр.

В чём мораль басни о Тимоне Афинском?.. Следите за безопасностью ваших финансов. Покупайте наших слонов.

Василий Ширяев

Поделитесь этой записью с друзьями в социальных сетях. Кнопки "лайков" находятся слева (на ПК) и внизу (на коммуникаторах и планшетах).